Scorn not the sonnet, critic.
 Wordsworth.*

Суровый Дант не презирал сонета;
В нем жар любви Петрарка изливал;
Игру его любил творец Макбета;
Им скорбну мысль Камоэнс облекал.

В безмолвии садов, весной, во мгле ночей,
Поет над розою восточный соловей.
Но роза милая не чувствует, не внемлет,
И под влюбленный гимн колеблется и дремлет.

В лесах, во мраке ночи праздной
Весны певец разнообразный
Урчит, и свищет, и гремит;
Но бестолковая кукушка

Прощай, письмо любви! прощай: она велела...
Как долго медлил я! как долго не хотела
Рука предать огню все радости мои!..
Но полно, час настал. Гори, письмо любви.

Поверь: когда слепней и комаров
Вокруг тебя летает рой журнальный,
Не рассуждай, не трать учтивых слов,
Не возражай на писк и шум нахальный

 Какие крохотны коровки!
 Есть, право, менее булавочной головки.
 Крылов

Мое собранье насекомых
Открыто для моих знакомых:
Ну, что за пестрая семья!

Я Лилу слушал у клавира;
Ее прелестный, томный глас
Волшебной грустью нежит нас,
Как ночью веянье зефира.

 Ура! в Россию скачет
 Кочующий деспот.
 Спаситель горько плачет,
 За ним и весь народ.

* * *

Сводня грустно за столом
 Карты разлагает.
Смотрят барышни кругом,
 Сводня им гадает:
"Три девятки, туз червей

* * *

 Изыде сеятель сеяти семена своя

 Свободы сеятель пустынный,
Я вышел рано, до звезды;
Рукою чистой и безвинной
В порабощенные бразды